Брентон Харрисон Таррант — австралиец, который 15 марта 2019 года устроил самый масштабный теракт в истории Новой Зеландии. В тот день он напал на две мечети в Крайстчерче во время пятничной молитвы, убив 51 человека и ранив 89. Теракт стал результатом долгой радикализации, подпитываемой онлайн-идеологиями ненависти и личными переживаниями. Террорист заранее опубликовал манифест и вёл прямую трансляцию нападения, превратив его в мрачный спектакль для своих единомышленников в сети.
Суд признал его виновным в 51 убийстве, 40 покушениях на убийство и терроризме. В августе 2020 года Таррант получил пожизненное заключение без права на условно-досрочное освобождение — первый такой приговор в Новой Зеландии. В 2026 году его попытки обжаловать приговор и признание вины были отклонены судом как лишённые всяких оснований. Трагедия до сих пор служит напоминанием о том, как быстро идеи ненависти могут перерасти в насилие, и о том, насколько важно обществу сохранять бдительность и единство.
Эта история — не просто хроника преступления. Она раскрывает механизмы формирования экстремиста: от детских травм и социальной изоляции до влияния закрытых интернет-сообществ, путешествий и доступа к оружию. Новозеландское общество ответило на удар не расколом, а сплочением, быстрыми реформами и поддержкой жертв, показав пример стойкости перед лицом террора.
Ранние годы: травмы, которые оставили след
Брентон Таррант родился 27 октября 1990 года в небольшом австралийском городке Графтон, штат Новый Южный Уэльс. Детство выдалось неспокойным. Родители развелись рано, мальчик жил то с матерью, то с отцом. Новый партнёр матери проявлял жестокость по отношению к детям, и в итоге был вынесен запретительный ордер. Эти события наложили глубокий отпечаток: Таррант с юности страдал социальной тревожностью, плохо заводил друзей, чувствовал себя отчуждённым.
В подростковом возрасте он набрал лишний вес, подвергался травле в школе. Учителя отмечали его замкнутость, но также и начитанность — особенно по темам Второй мировой войны. Уже тогда проявлялись расистские взгляды: мальчик делал едкие замечания в адрес аборигенного происхождения партнёра матери. В 12–15 лет эти настроения стали заметнее. После окончания школы Таррант получил квалификацию персонального тренера и работал в местном зале, где его ценили за дисциплину и умение работать с людьми.
В 2010 году отец покончил с собой после тяжёлой болезни. Таррант и сестра получили значительное наследство — около 80 тысяч австралийских долларов каждый, плюс долю от продажи имущества. Эти деньги позже позволили финансировать путешествия и покупку оружия. Личная боль, социальная изоляция и ранние предубеждения создали почву, на которой позже проросли более опасные идеи.
С 14 лет Таррант активно общался на 4chan — платформе, известной анонимными обсуждениями и распространением экстремистского контента. Там он погружался в темы иммиграции, «защиты белой расы» и теорий заговора. Со временем эти взгляды усилились. Он начал следить за новостями о терактах, совершённых исламистскими экстремистами в Европе, и интерпретировал их через призму собственной ненависти.
Между 2012 и 2018 годами Таррант много путешествовал: Азия, Европа, Балканы. Поездки в Хорватию, Болгарию, Венгрию, Турцию и Боснию и Герцеговину укрепили его убеждения. Он интересовался историческими битвами между христианами и Османской империей, видел в них подтверждение своих страхов «мусульманского вторжения». В 2017 году он переехал в Новую Зеландию, поселился в Данидине, вступил в оружейный клуб и начал регулярно тренироваться на стрельбище.
Особенно заметной стала его связь с ультраправыми кругами. Таррант переводил деньги европейским идентиарным движениям — около 1500 евро австрийской Identitäre Bewegung и 2200 евро французской Génération Identitaire. Он переписывался с их лидерами, в частности с Мартином Селлнером. В манифесте позже он открыто называл себя расистом и этнонационалистом, хотя и отрицал принадлежность к нацистам. Главной идеей стала теория «великого замещения» — конспирологическое представление о том, что белое население Европы, Австралии и Новой Зеландии якобы целенаправленно замещается иммигрантами, в первую очередь мусульманами.
Подготовка: два года планирования и выбор цели
Таррант начал серьёзно планировать нападение примерно за два года до теракта. Цели он определил за три месяца. В январе 2019 года он приезжал в Крайстчерч для разведки: снимал мечети на дрон, изучал расписание молитв и планировку зданий. Выбор пал на мечеть Аль-Нур в районе Риккартон и Исламский центр в Линвуде — места, где в пятницу собиралось много людей.
Он легально приобрёл огнестрельное оружие в Новой Зеландии, имея соответствующую лицензию. Позже незаконно модифицировал магазины, увеличив их ёмкость. В машине он держал несколько единиц: две винтовки AR-15-стиля, полуавтоматический и помповый дробовики, а также другие стволы. На оружии он нанёс надписи с названиями исторических сражений, имён жертв исламистских терактов и мемов вроде «Remove Kebab». В салоне лежали зажигательные устройства — их он планировал использовать для поджога.
Незадолго до нападения Таррант разослал манифест по электронной почте, в том числе в офис премьер-министра Новой Зеландии, и выложил его на имиджборде 8chan вместе со ссылкой на будущую трансляцию. Мать получила от него сообщение, что скоро увидит «самые ужасные вещи» о нём.
15 марта 2019 года: хронология ужаса
Утром Таррант выехал из Данидина в Крайстчерч. Около 13:32 он начал прямую трансляцию на Facebook Live через камеру, закреплённую на шлеме. В машине звучала сербская песня «Serbia Strong», прославляющая военные преступления. В 13:40 он подъехал к мечети Аль-Нур.
Первый выстрел прозвучал у входа. За шесть минут внутри и снаружи здания он убил 44 человека. Многие жертвы были беззащитны — они молились или пытались укрыться. Один из верующих, Наим Рашид, попытался остановить террориста и погиб. Таррант несколько раз стрелял в уже раненых, добивая их. Он покинул мечеть под песню «Fire» группы The Crazy World of Arthur Brown.
Примерно в 13:52 он прибыл к Исламскому центру в Линвуде. Здесь ему помешал Абдул Азиз Вахабзада — он отвлекал террориста, кричал, бросал в него кардридер, а позже пустой дробовик. Таррант ранил защитника, но не смог нанести больший вред. В итоге в Линвуде погибли ещё семь человек. Общее число жертв составило 51 погибший и 89 раненых, из них 40 — огнестрельными ранениями.
Полиция отреагировала быстро. Уже в 13:46 на место прибыл спецназ, но Таррант уже уехал. В 13:59 его автомобиль протаранила полицейская машина на улице Броэм-стрит. Террорист не оказал сопротивления. В машине нашли оружие и зажигательные устройства — он планировал напасть ещё на одну мечеть или детский центр.
Wikipedia
Манифест «Великое замещение»: идеология, которая убивает
Манифест Тарранта — 74-страничный документ, смесь конспирологии, исторических отсылок и интернет-мемов. Главная идея — «великое замещение»: утверждение, что белое население якобы уничтожается через иммиграцию и низкую рождаемость. Таррант призывал «защищать» Европу и похожие страны насильственными методами. Он восхищался Андерсом Брейвиком, вдохновлялся сербскими националистами, использовал неонацистские символы и слоганы.
Документ содержит и «шитпостинг» — провокационные, абсурдные заявления, характерные для определённых уголков интернета. Таррант называл себя этнонационалистом и даже эко-фашистом, но отрицал нацизм. В Новой Зеландии манифест и видео атаки были признаны «неприемлемыми» и запрещены к распространению. Несмотря на это, копии продолжали появляться в сети.
Такие тексты не возникают в вакууме. Они питаются реальными проблемами — миграционными кризисами, культурными конфликтами, экономическими трудностями — и искажают их до уровня паранойи. Таррант не был одинок: похожие идеи циркулируют в закрытых форумах и иногда прорываются в реальность, вдохновляя новых «одиночек».
Суд, приговор и попытки обжалования
Первоначально Таррант не признавал вину. Но в марте 2020 года внезапно изменил позицию и признал себя виновным по всем пунктам. В августе того же года судья Кэмерон Мэндер вынес приговор: пожизненное лишение свободы без права на условно-досрочное освобождение. Судья подчеркнул, что преступления были настолько жестоки и идеологически мотивированы, что даже пожизненный срок не может их искупить. Это стало первым таким приговором в истории Новой Зеландии.
В 2026 году Таррант попытался обжаловать и приговор, и своё признание вины. Он утверждал, что тяжёлые условия содержания в тюрьме повлияли на его способность принимать рациональные решения. Суд апелляционной инстанции рассмотрел дело и 30 апреля 2026 года отклонил жалобу, назвав её «полностью лишённой оснований». Доказательства не подтвердили, что заключённый страдал от психологического давления, способного повлиять на его дееспособность. Все апелляции исчерпаны. Таррант остаётся в тюрьме строгого режима в Окленде пожизненно.
Последствия: реформы, единство и уроки для мира
Трагедия в Крайстчерче потрясла Новую Зеландию и весь мир. Премьер-министр Джасинда Ардерн произнесла слова, ставшие символом: «Они — это мы». Страна ответила не ненавистью к мусульманам, а поддержкой. На улицах проходили бдения, люди разных вероисповеданий стояли вместе. У мечетей дежурили даже уличные группировки, защищая их от возможных провокаций.
Реакция властей была быстрой и решительной. Уже 21 марта 2019 года ввели запрет на полуавтоматическое оружие. В апреле парламент принял поправки к закону об оружии. Провели программу выкупа запрещённых стволов — собрали более 56 тысяч единиц. Королевская комиссия по расследованию теракта представила 44 рекомендации, многие из которых реализованы: создали новые структуры по борьбе с экстремизмом, усилили мониторинг онлайн-угроз.
Международный отклик тоже был значительным. В мае 2019 года в Париже прошёл саммит Christchurch Call — инициатива Новой Зеландии и Франции по борьбе с экстремистским контентом в интернете. К ней присоединились десятки стран и крупные технологические компании. ООН объявила 15 марта Международным днём борьбы с исламофобией.
Жертвы теракта представляли разные страны: 27 новозеландцев, 8 пакистанцев, 5 индийцев и многие другие. Среди погибших были дети, пожилые люди, недавние иммигранты, которые искали в Новой Зеландии безопасную жизнь. Их истории напоминают, что за каждой цифрой — человеческая судьба, оборванная ненавистью.
Что осталось после 2019 года
Сегодня, спустя годы, Брентон Таррант остаётся в заключении. Его имя ассоциируется не с «героизмом», как иногда пытаются представить маргиналы в сети, а с бессмысленной жестокостью и идеологией, которая ведёт только к смерти и страданиям. Попытки пересмотреть приговор в 2026 году провалились, подтвердив окончательность и справедливость решения суда.
Трагедия в Крайстчерче показала, насколько уязвимы современные общества перед «одиночками», радикализированными в интернете. Она заставила пересмотреть подходы к модерации контента, контролю за оружием и профилактике экстремизма. Но главный урок, пожалуй, в другом: даже после такой боли общество способно сохранять человечность, единство и решимость не поддаваться страху и разделению.
История Тарранта — это история выбора. Выбора, который привёл к гибели 51 невинного человека и изменил жизнь тысяч других. И выбора общества, которое предпочло ответить на насилие не ответным насилием, а реформами, поддержкой и стремлением к безопасности для всех. Разговор об этом не заканчивается — он продолжается каждый раз, когда мы видим попытки возродить те же идеи ненависти в новых обличьях.
